Уильям Йейтс и поэзия модернизма
Dec. 25th, 2021 05:51 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
greenfree2002В «Белой Богине» Роберт Грейвз формулирует отличительный признак истинной поэзии: когда вы читаете ее вслух в ванной за утренним туалетом, вы чувствуете, как у вас начинают шевелиться волосы. Имеется в виду, что настоящая поэзия оказывает воздействие не только на эмоциональном, но и на физическом уровне. Разумеется, это очень субъективный критерий, но для меня именно такой является поэзия Уильяма Йейтса. Русский перевод, разумеется, такого воздействия не оказывает, но всё же я выложу здесь мой перевод его стихотворения «Фергус и Друид».
Уильям Йейтс
Фергус и Друид
Фергус
Весь день по скалам шёл я за тобой,
А ты менял свой лик, за шагом шаг,
Вначале ворон, с чьих предвечных крыл
Едва ль перо упало в прах земной,
Затем ты лаской крался меж камней,
И наконец, ты человеком стал,
Иль призраком, коль так сказать верней.
Друид
Чего же хочешь ты теперь, храбрейший
Из всех ирландских гордых королей?
Фергус
Сейчас скажу, мудрейший из людей:
Мой родич Конхубар сидел при мне,
Когда вершил я суд. Он мудро рёк.
И то, что было мне как тяжкий гнёт,
Юнцу казалось пухом. Я ему
Отдал корону, скинув тяжесть дней.
Друид
Чего же хочешь ты теперь, храбрейший
Из всех ирландских гордых королей?
Фергус
Король! Гордец! Вот в чем моя печаль.
Пирую ль я с народом на холме,
Иль правлю колесницей средь полей,
Скачу ль галопом вдоль ревущих волн,
Я чувствую корону на челе.
Друид
Чего ж ты хочешь?
Фергус
Не быть королем!
Но мудрость слов и снов твоих познать
Друид
Взгляни: я стар, румянца нет в лице,
В руке моей не стало больше сил,
Тростник пустой, я в жизни упустил
Мужчины дружбу, женщины любовь.
Фергус
Но и король лишь глупый раб, поверь,
Отдавший жизнь, чтоб стать чужой мечтой.
Друид
Коль так уж хочешь, вот мешочек снов,
Раскрой его, дай им себя увлечь.
Фергус
Я вижу, жизнь моя текла рекой,
Бессчетно форм сменил я за века
Я был капелью; блеском был огня
На хладной стали; елью на холме;
Рабом, крутящим мельниц жернова;
Властителем на троне золотом.
Всё это было славно и чудно,
Но нынче я – ничто, познавши всё.
Друид! Как тяжек груз души твоей,
Сокрытой в скромном кожаном мешке.
Оригинал:
Fergus and the Druid by William Butler Yeats
Fergus. This whole day have I followed in the rocks,
And you have changed and flowed from shape to shape,
First as a raven on whose ancient wings
Scarcely a feather lingered, then you seemed
A weasel moving on from stone to stone,
And now at last you wear a human shape,
A thin grey man half lost in gathering night.
Druid. What would you, king of the proud Red Branch kings?
Fergus. This would I say, most wise of living souls:
Young subtle Conchubar sat close by me
When I gave judgment, and his words were wise,
And what to me was burden without end,
To him seemed easy, so I laid the crown
Upon his head to cast away my sorrow.
Druid. What would you, king of the proud Red Branch kings?
Fergus. A king and proud! and that is my despair.
I feast amid my people on the hill,
And pace the woods, and drive my chariot-wheels
In the white border of the murmuring sea;
And still I feel the crown upon my head
Druid. What would you, Fergus?
Fergus. Be no more a king
But learn the dreaming wisdom that is yours.
Druid. Look on my thin grey hair and hollow cheeks
And on these hands that may not lift the sword,
This body trembling like a wind-blown reed.
No woman's loved me, no man sought my help.
Fergus. A king is but a foolish labourer
Who wastes his blood to be another's dream.
Druid. Take, if you must, this little bag of dreams;
Unloose the cord, and they will wrap you round.
Fergus. I see my life go drifting like a river
From change to change; I have been many things -
A green drop in the surge, a gleam of light
Upon a sword, a fir-tree on a hill,
An old slave grinding at a heavy quern,
A king sitting upon a chair of gold -
And all these things were wonderful and great;
But now I have grown nothing, knowing all.
Ah! Druid, Druid, how great webs of sorrow
Lay hidden in the small slate-coloured thing!
Йейтс вообще очень хороший пример, когда хочешь разобраться в процессе перехода от поэзии с регулярной рифмой к белому стиху и к еще более свободным формам. В одном из своих предыдущих постов я приводил манифест Натана Заха, обосновывающего этот переход в израильской поэзии 60-х годов 20-го века. Но в западном мире этот переход был осмыслен гораздо раньше: ниже я привожу мой перевод фрагмента эссе Роберта Грейвза “Contemporary techniques of Poetry” (1925), где он рассуждает о различных течениях в английской поэзии.
"Использование рифмы – спорный вопрос среди поэтов-консерваторов. Мильтон, Спенсер или Campion, которые, скажем прямо, использовали рифму, единогласно осуждали ее как пережиток варварства. И многие согласились с ними: в латинской и греческой классике, мол, не было рифмы, и это является решающим аргументом для консерваторов. Но всё же иногда рифма допустима.
Либеральные поэты не только всецело поддерживают использование рифмы, но, более того, чувствуют себя голыми без нее, не желая облачаться в тяжеловесный орнамент эпического стиля. Для Левых же рифма опять-таки представляется спорным вопросом. Многие совершенно отбрасывают ее по причинам, противоположным резонам консерваторов: рифма, мол, есть нечто слишком окультуренное. Как пишет м-р Флинт в известном эссе: «Рифма есть пустой орнамент, досадная помеха для уха читателя, достаточно образованного, чтобы оценить существенные достоинства поэзии».
Некоторые используют рифму с оговорками, предпочитая ассонансы и всякого рода неточные рифмы. (…) Другие, например м-р Sacheverell Sitwell, рифмуют ударные слоги с безударными, что создает ощущение неуверенности, незаконченности, ожидания в тех местах, где это необходимо. Общим мнением среди как использующих рифму консерваторов, так и либералов, является то, что рифма никоим образом не должна контролировать смысл. Она должна появляться столь же неожиданно и при этом неизбежно, как рождественские подарки. Чтобы использовать рифму уместно, поэт должен уметь сочетать идеи свободной воли и предопределения, что так милы столь многим. Аккорды слов должны находиться в гармоничном согласии друг с другом, какой бы ни была тема стихотворения. Далее, такие авторы как мисс Sitwell, отвергающие ортодоксальные мнения философов и религиозных писателей, выражают свое неудовлетворение всеми возможностями, которые предоставляют в их распоряжение размер, текстура, стиль; что же до рифмы, они не только используют фальшивые рифмы, французские рифмы, рифмующийся сленг кокни, ассонансы, рифмовку ударных с безударными и прочие нарушения, но и позволяют рифме вести за собой смысл, бросая открытый вызов той этической системе, с которой ассоциируется использование регулярной рифмы; они продвигают идею жизни, неразрывно связанной с ошибками и уродством, и управляемой капризным случаем".
В советских школах нам с самого детства вкладывали, что рифма должна быть точной, а все эти ассонансы и прочий буржуазный декаданс – от бедности умения. Поэтому, как поучал Незнайку поэт Цветик, «книжка - шишка» - это хорошая рифма, а Незнайкина «палка - селёдка» - это не рифма вообще. Хотя с точки зрения современной (Носову) западной поэзии это была вполне годная диссонансная рифма. И вот теперь поди пойми, то ли Носов честно продвигал «единственно верную» советскую поэтическую традицию, то ли тайком иронизировал над Цветиком, который способен рифмовать только на уровне «коржик - моржик».
:)
Уильям Йейтс
Фергус и Друид
Фергус
Весь день по скалам шёл я за тобой,
А ты менял свой лик, за шагом шаг,
Вначале ворон, с чьих предвечных крыл
Едва ль перо упало в прах земной,
Затем ты лаской крался меж камней,
И наконец, ты человеком стал,
Иль призраком, коль так сказать верней.
Друид
Чего же хочешь ты теперь, храбрейший
Из всех ирландских гордых королей?
Фергус
Сейчас скажу, мудрейший из людей:
Мой родич Конхубар сидел при мне,
Когда вершил я суд. Он мудро рёк.
И то, что было мне как тяжкий гнёт,
Юнцу казалось пухом. Я ему
Отдал корону, скинув тяжесть дней.
Друид
Чего же хочешь ты теперь, храбрейший
Из всех ирландских гордых королей?
Фергус
Король! Гордец! Вот в чем моя печаль.
Пирую ль я с народом на холме,
Иль правлю колесницей средь полей,
Скачу ль галопом вдоль ревущих волн,
Я чувствую корону на челе.
Друид
Чего ж ты хочешь?
Фергус
Не быть королем!
Но мудрость слов и снов твоих познать
Друид
Взгляни: я стар, румянца нет в лице,
В руке моей не стало больше сил,
Тростник пустой, я в жизни упустил
Мужчины дружбу, женщины любовь.
Фергус
Но и король лишь глупый раб, поверь,
Отдавший жизнь, чтоб стать чужой мечтой.
Друид
Коль так уж хочешь, вот мешочек снов,
Раскрой его, дай им себя увлечь.
Фергус
Я вижу, жизнь моя текла рекой,
Бессчетно форм сменил я за века
Я был капелью; блеском был огня
На хладной стали; елью на холме;
Рабом, крутящим мельниц жернова;
Властителем на троне золотом.
Всё это было славно и чудно,
Но нынче я – ничто, познавши всё.
Друид! Как тяжек груз души твоей,
Сокрытой в скромном кожаном мешке.
Оригинал:
Fergus and the Druid by William Butler Yeats
Fergus. This whole day have I followed in the rocks,
And you have changed and flowed from shape to shape,
First as a raven on whose ancient wings
Scarcely a feather lingered, then you seemed
A weasel moving on from stone to stone,
And now at last you wear a human shape,
A thin grey man half lost in gathering night.
Druid. What would you, king of the proud Red Branch kings?
Fergus. This would I say, most wise of living souls:
Young subtle Conchubar sat close by me
When I gave judgment, and his words were wise,
And what to me was burden without end,
To him seemed easy, so I laid the crown
Upon his head to cast away my sorrow.
Druid. What would you, king of the proud Red Branch kings?
Fergus. A king and proud! and that is my despair.
I feast amid my people on the hill,
And pace the woods, and drive my chariot-wheels
In the white border of the murmuring sea;
And still I feel the crown upon my head
Druid. What would you, Fergus?
Fergus. Be no more a king
But learn the dreaming wisdom that is yours.
Druid. Look on my thin grey hair and hollow cheeks
And on these hands that may not lift the sword,
This body trembling like a wind-blown reed.
No woman's loved me, no man sought my help.
Fergus. A king is but a foolish labourer
Who wastes his blood to be another's dream.
Druid. Take, if you must, this little bag of dreams;
Unloose the cord, and they will wrap you round.
Fergus. I see my life go drifting like a river
From change to change; I have been many things -
A green drop in the surge, a gleam of light
Upon a sword, a fir-tree on a hill,
An old slave grinding at a heavy quern,
A king sitting upon a chair of gold -
And all these things were wonderful and great;
But now I have grown nothing, knowing all.
Ah! Druid, Druid, how great webs of sorrow
Lay hidden in the small slate-coloured thing!
Йейтс вообще очень хороший пример, когда хочешь разобраться в процессе перехода от поэзии с регулярной рифмой к белому стиху и к еще более свободным формам. В одном из своих предыдущих постов я приводил манифест Натана Заха, обосновывающего этот переход в израильской поэзии 60-х годов 20-го века. Но в западном мире этот переход был осмыслен гораздо раньше: ниже я привожу мой перевод фрагмента эссе Роберта Грейвза “Contemporary techniques of Poetry” (1925), где он рассуждает о различных течениях в английской поэзии.
"Использование рифмы – спорный вопрос среди поэтов-консерваторов. Мильтон, Спенсер или Campion, которые, скажем прямо, использовали рифму, единогласно осуждали ее как пережиток варварства. И многие согласились с ними: в латинской и греческой классике, мол, не было рифмы, и это является решающим аргументом для консерваторов. Но всё же иногда рифма допустима.
Либеральные поэты не только всецело поддерживают использование рифмы, но, более того, чувствуют себя голыми без нее, не желая облачаться в тяжеловесный орнамент эпического стиля. Для Левых же рифма опять-таки представляется спорным вопросом. Многие совершенно отбрасывают ее по причинам, противоположным резонам консерваторов: рифма, мол, есть нечто слишком окультуренное. Как пишет м-р Флинт в известном эссе: «Рифма есть пустой орнамент, досадная помеха для уха читателя, достаточно образованного, чтобы оценить существенные достоинства поэзии».
Некоторые используют рифму с оговорками, предпочитая ассонансы и всякого рода неточные рифмы. (…) Другие, например м-р Sacheverell Sitwell, рифмуют ударные слоги с безударными, что создает ощущение неуверенности, незаконченности, ожидания в тех местах, где это необходимо. Общим мнением среди как использующих рифму консерваторов, так и либералов, является то, что рифма никоим образом не должна контролировать смысл. Она должна появляться столь же неожиданно и при этом неизбежно, как рождественские подарки. Чтобы использовать рифму уместно, поэт должен уметь сочетать идеи свободной воли и предопределения, что так милы столь многим. Аккорды слов должны находиться в гармоничном согласии друг с другом, какой бы ни была тема стихотворения. Далее, такие авторы как мисс Sitwell, отвергающие ортодоксальные мнения философов и религиозных писателей, выражают свое неудовлетворение всеми возможностями, которые предоставляют в их распоряжение размер, текстура, стиль; что же до рифмы, они не только используют фальшивые рифмы, французские рифмы, рифмующийся сленг кокни, ассонансы, рифмовку ударных с безударными и прочие нарушения, но и позволяют рифме вести за собой смысл, бросая открытый вызов той этической системе, с которой ассоциируется использование регулярной рифмы; они продвигают идею жизни, неразрывно связанной с ошибками и уродством, и управляемой капризным случаем".
В советских школах нам с самого детства вкладывали, что рифма должна быть точной, а все эти ассонансы и прочий буржуазный декаданс – от бедности умения. Поэтому, как поучал Незнайку поэт Цветик, «книжка - шишка» - это хорошая рифма, а Незнайкина «палка - селёдка» - это не рифма вообще. Хотя с точки зрения современной (Носову) западной поэзии это была вполне годная диссонансная рифма. И вот теперь поди пойми, то ли Носов честно продвигал «единственно верную» советскую поэтическую традицию, то ли тайком иронизировал над Цветиком, который способен рифмовать только на уровне «коржик - моржик».
:)
